кончилась любовь. она устала
вытирать от слёз свои глаза.
многое она тебе прощала,
но простить измены не смогла.

что стоишь повинный на коленях?
тянешь руки, ловишь взглядом взгляд…
не кидай в огонь любви поленья-
не вернуть тебе её назад.

от неё остался только пепел.
и не дарит нам она тепла.
всё прошло, а ты и не заметил,
как она тихонечко ушла.

седой и бравый адмирал…
во всех морях он побывал.
он плавал мимо островов
и снова плыть туда готов.
он видел бури и шторма,
звала его с собой волна,
и поднимал девятый вал,
в пути не раз он погибал.
рифы видел он и мели.
корабли на них сидели.
замерзал среди торосов,
но спасал своих матросов.
видел африку, аляску,
жизнь похожую на сказку,
но мечтал домой вернуться
и в речушке окунуться.
нет милей родного дома…
это чувство всем знакомо.
вот и старый адмирал
рад, что вновь домой попал.

свои зябкие руки
мне в ладонь положи.
прошло время разлуки.
нынче- праздник души.

буду я, как и прежде,
тебя верно любить.
обнимать буду нежно,
о любви говорить.

чтоб смогла ты оттаять
от недавних тревог.
бог один только знает-
сколько было дорог.

но к тебе я прорвался
через годы и дни.
я в пути настрадался
и хотел тишины.

чтобы рядом сидела
ты прижавшись к груди,
на меня бы смотрела
и просила любви.

Снова пасмурно и хмуро.
И тоскливо на душе.
Но об этом, Губарь Юра,
Ты не раз писал уже.

Скоро солнце хлынет свыше.
Не грусти и слёз не лей!
Вновь разбойником засвищет
В роще майский соловей.
19 марта 2012 г.

поздно начинать роман сначала.
поздно говорить: я вас люблю.
скинуто иллюзий покрывало.
в своё сердце вас я не пущу.

не откроют фразы оправданий
наглухо закрывшихся ворот.
тот, кто пережил разочарованье,
никогда былого не вернёт.

не смотрите жалкими глазами,
не шепчите на ухо слова…
смыто всё обильными слезами.
и уже, поверьте, навсегда.

Я просыпаюсь вместе с солнцем, что сквозь шторы,
Полоской света ласковым теплом щекочет веки мне…
За форточкой, чуть приоткрытой — сладкий слабый шорох,
Листвы березы той, чья тень уже колышется в окне…

А за окном, уже давно неистово и весело щебечут,
Дворняги-воробьи, что подбирают им доставшиеся крохи…
И утро майское, расправив, словно крылья, свои плечи,
Мне нежно шепчет: «Просыпайся, и… свари нам кофе…»

Мне больше нечего сказать.
Вы за меня и так сказали…
Отбросив в сторону тетрадь,
Я Вашу книгу вновь листаю.
В ней, перелетом птичьей стаи,
Шумит и празднует апрель…
А я же с упоением читаю,
Перевернув страницу про капель,
Главу про лист березы в мае…

Мне больше нечего сказать.
Вы все и так уже сказали…
Из года в год не устаю читать
Все то, что здесь Вы описали.

С дождем, понизив градус настроенья,
Одев в плащи людей мне незнакомых,
Почувствовав себя хозяином, нескромно,
Заплакал вдруг апрель слезой осенней.

Еще вчера, забытым солнцем обжигая,
Небритых щек моих обветренную кожу,
Он время подгонял, натягивая вожжи…
А нынче сдался… Что ж, дождемся мая…

Никогда не знаешь, что случится,
И в пространстве иногда случается забыться.
Не спешу знакомиться с фантомом,
Не гневлю я Бога и дружу с законом.

В виртуальном мире -так легко сломаться,
В виртуальном мире-есть опасность признаться.
Бродят призраки в разных обличьях,
Зазывают, ласкают словами, забывая о приличиях.

Иногда это просто спасает,
Иногда эти речи порой раздражают.
Но понять я стараюсь иных,
Может это их жизнь-в разговорах пустых…

Ну все пока я убиваю
Слова что сказать я не могу
И постоянно забываю
Что убить я не смогу
В руку пистолет слегка дрожит
И совесть идет к чертям
Пуля как оса летит, жужжит
И разлетаеться по частям