О себе.

Позабуду про всё я на свете,
Ни о чём не жалеть, не вздыхать,
Всё проходит, но мысли как клети,
Не дают от себя убежать.

А в душе отпечаток от боли,
И прошедшее манит, кричит,
Не осталось ни силы, ни воли,
Постарел, задыхаюсь, разбит.

Может чудо поможет? Едвали,
Не уйти и не скрыться нигде,
Про любовь уже столько писали,
Не читал я пока о себе.

Незнакомка.

Вы кто, прекрасное виденье,
Созданье мира ли сего,
Какого гения творенье,
Свершивши чудо из ничто.

Вы так пленительно далёки,
В ночи блуждающий огонь,
Любви сжигающей пороки
О Боже, Боже, Боже мой.

И пред вами преклонённый
глаза не в силах торвать,
Стрелой Амура поражённый
не сбыть, не спрятат, не смолчать.

Под луной.

Ночь с луною сблазняют,
Манят таинством своим,
И в надежде неги дарят
Миг, в котором мы сгорим.

Сладость запаха жасмина,
В голове сплошной дурман,
Взгляд блуждающий лениво,
И рука обвила стан.

И как будто в упоенье
Поцелуй прелестных губ,
Избавленье от сомнений
И стыда незримых пут.

А душа полна блаженства,
Разум ныне не со мной,
Приоткрылась в тайну дверца,
Явь рождённая луной.

На востоке.

Красавицы восточные — Пьянеешь без вина,
Глаза глядят миндальные,
И в рай летит душа.

Ресницы, будто стрелами,
Пронзают на повал,
А губы — вишня спелая,
За них бы всё отдал.

Идёт, качая бёдрами,
И ты уже не здесь,
На перепутье с грёзами,
И хоть на стену лезь.

Сокрыта вся одеждами,
Но мыслей не унять,
И вот уже раздетая,
И мне не устоять.

Красавицы восточные — Пьянеешь без вина,
Граниты в сердце прочные
Исчезли без следа.

Твои глаза.

Мне сердце пламя опалило,
Очей чарующий призыв,
В них глубина на дно манила,
И я погиб, про всё забыв.

О, эти губы, роза меркнет,
Я сам с собою не в ладах,
Перед тобой луна бледнеет,
А правда где — то, не в словах.

Твоя фигура совершенна,
Я прелесть всю не передам,
Лишь знаю только, что безмерна
Любовь божественная к нам.

Я отдаю себя вам в руки,
Моя взашедшая звезда,
Иначе смерть в бессильной муке,
Не быть счастливым никогда.

На берегу

Морской лазурный берег
И шелест нежных волн,
Любовный первый трепет,
И взгляд желаний полн.

И поцелуя миг волшебный,
Дурманы дивных грёз,
Слова признаний нежных,
И сладость горьких слёз.

А море тихо плещет,
Ласкает тёплый бриз,
Душа от чувст трепещет,
Ликует браво, бис.

И звёзды светят в вечность,
Покой ночи храня,
Любовь, надежду, верность
Берёг в себе тая.

Неразгаданная тайна

Суров с врагом, с сестрою ласков — И дерзок, и силён;
Но всё же с некоей опаской
Идёт на битву он,
И лихорадочно по телу
Проходит дрожь,
А в глазах блестит несмело:
«О, не трожь!»

И было так: взрывались ночью
Жёлтые шары,
А дальше — тени рвались в клочья
По правилам игры,
А дальше — снова нефть горела,
Озером лиясь,
И дрожало чьё-то тело,
Вдавленное в грязь.

В бою, среди песков горячих,
В овраге и в пыли,
Где копоть от озёр горящих
Скрыла лик земли,
Где кость от кости, плоть от плоти — Солдат и пулемёт…
Какой таинственной заботе
Он мысли доверяет гнёт?!

Он не ответит, не ответит,
Но, идущий в бой,
Он знает, что спокойно встретит
Приступ свой очередной.
И пусть смертельно бледны щёки,
И лоб горяч,
Но сердце… словно конь жестокий…
Вновь несётся вскачь.

А если ночью небо видишь
Вместо потолка,
И под открытым небом — видишь? — Лежит твоя рука,
Ты не пугайся, это значит — Здесь не нужен страх,
Ты просто видишь жизнь иначе:
Сразу в двух мирах.

Метемпсихоз

Я — человек, и я же — лебедь.
И я одна в лазурном небе,
И, сбросив перья, вновь идёт
Княжна, скрываясь в лоно вод.
Чиста? Грязна? Гола? Одета?
Я — тень; но я не вижу света.
Я — день, и я не знаю тьмы,
Что в небе, что в стенах тюрьмы.

А вы, не ведавшие яви,
Вы обо мне судить не вправе,
О тех рубашках, что плела,
Как поутру роса взошла.
Меня ль вы примете в объятья?
Спешу к тебе, моё заклятье,
Чтоб в чёрной бездне потонуть,
Чтоб мне самой себя вернуть.

Пока не кончена работа,
И дни мои бегут без счёта,
Но где-то там, во мраке, Жнец
Всё ждёт, когда придёт конец…
Он придёт, уж я-то знаю:
Сама себя я обыграю.
Сама себя я прокляла,
Чтоб я сама себя спасла.

Я — Брахма, Будда, Шива, Вишну…
Когда другим меня не слышно,
Я понимаю: это — зло.
И всё же… что меня спасло?
Да то, что «может быть и хуже»:
Вдруг горизонты станут уже?
Ведь если Я не слышу ИХ — Тогда зачем весь этот стих?!

Революционер

Твои слова сказаны
И уже за тобой толпа
Впереди чёрная армия
В твоих руках — пустота

Сзади крики — «Вперёд»
А там крики — «Стоять»
Твой путь между ними пролёг,
И уже нельзя отступать.

Слабина — скажут: «Предатель»
Сила — скажут: «Герой»,
На этой земле не житель
Ни в первой ни во второй.

Будущее — Твой портрет в чёрном
На фоне цветов свободы,
На каждой стене ровно
Да от копирки разводы

Сейчас же знамёна алые
Касаются в своём вихре лба
Впереди чёрная армия
В твоих руках — пустота.

Девять песен кошки

Кошка улыбается
Сфинксы всегда улыбаются
Когда падает солнце
А.Надеждин
1
Глаз горящих в ночи миндалины
Мне оставил на память Египет.
Пирамид нет – так на завалинке
В позе Сфинкса сижу, поглядите.
Не виляю хвостом, как кое-кто
И в глаза не смотрю я преданно.
Я привыкла скрывать эмоции
Да по крышам гулять в полнолуние.
Мне не нужен никто в товарищи –
Не страдаю от одиночества.
Но могу исцелить от боли вас,
Пожалеть, если очень хочется.
Колыбельную спеть вам ласково,
Рассмешить – такая затейница!
Только где и когда – не вам решать.
Мне, египетской, — воля вольная!

Читать дальше →