Гномы трахнул бы их бес Наших девок тащут в лес И ебут со всех сторон Слышен только рев да стон А кого уже ебали Тех давно уже сожрали Белоснежка лишь живет Главный гном ее ебет Не пизди моя родная У тебя судьба плохая И тебя они найдут Отимеют и сожрут

В Любви свои восходы и закаты,
Сезоны штилей…….времена штормов.
В сиянье Рая открывая врата,
Иль на кресте страдания распята,
То радостью, то горестью объята,
Свободна или в тяжести оков,
Любовь – ты Мир, несказанно богатый.

В Любви свои приливы и отливы,
Журчанье ласки……нежности накаты.
То безмятежна, то на грани срыва,
Непредсказуема, неудержима,
Как жизнь и смерть в судьбе неотвратима,
Грешна, возвышена, безумна, свята,
Любовь – ты Мир, собой неповторимый.
В Любви свои костры и пепелища,
Накал страстей…. остывших чувств зола.
В том пламени, которым сердце пышет,
Душа родную искорку отыщет.
Огонь любви живёт, сияет, дышит,
То охладев, то накалившись добела.
Любовь – ты Мир, ниспосланный нам свыше.

бреду одна по бездорожью.
от горя кругом голова.
уже не верю в силу божью.
одна, одна, совсем одна…

в душе тоска, на сердце камень,
а под ногами только грязь.
и может в этой вот канаве
навек прийдётся мне пропасть.

кому отдать обиду злую,
что мне давно терзает грудь?
и жизнь найти совсем простую,
чтоб хоть немного отдохнуть.

а если выжить мне прийдётся,
то разлюбить сумею я.
и добрый человек найдётся,
и даст забыть мне про тебя.

болят мои босые ноги,
но стало легче на душе.
и за спиной уже овраги,
а в них все думы о тебе.

говорила я тебе, говорила…
а сегодня те слова позабыла.
не кори и не ругай ты за это.
нет ответа у меня, нет ответа.

улетела любовь, улетела.
ведь она жила сама, как хотела.
не лови её, не мучай, не надо.
пусть летит она из нашего сада.

ах, любовь! ведь это синяя птица.
и она о камни может разбиться.
мы её не берегли, не ласкали.
друг о друге мы порой забывали.

заскучала она рядом с такими.
и ушла от нас путями своими.
теперь поздно возвращать её обратно.
пусть живёт там, где тепло и приятно.

Лепестками белой розы,
Снег струится звездным светом.
И ложится на березы,
На дома на свете этом.
Я тебе в письме ответном
Напишу, как я скучаю.
Грусть и слезы … неприметно.
О тебе сейчас мечтаю.
В моем сердце тихо тает
Голос твой в тиши ночной.
Время верой оправдает
И надеждой, что ты мой!

прощай…
нету слов, чтоб ещё говорить.
прощай…
не могу ни жалеть, ни любить.
прощай…
ухожу, не вернусь никогда.
прощай…
мне не будет дороги сюда.

прощай…
не смотри со слезами вослед.
прощай…
уже куплен в дорогу билет.
прощай…
и гудит у подъезда такси.
прощай…
что случилось? себя ты спроси.

прощай…
чемодан свой рукою держу.
прощай…
в дверь к лифтУ выхожу.
прощай…
не целуй и не гладь по руке.
прощай…
я душою уже вдалеке.

прощай…
не смотри мне с укором в глаза.
прощай…
лифт закрылся уже навсегда.
прощай…
сердце рвётся моё из груди.
прощай…
и уже: уходя — уходи!

цветёт черёмуха, цветёт…
зовёт гулять, гулять зовёт.
а ты букет мне подарил,
и о любви заговорил.

летят слова, слова летят…
о твоих чувствах говорят.
с тобою рядом я стою,
люблю тебя, тебя люблю.

какие чудные цветы!
как хорошо, что рядом ты!
букет покрепче я прижму,
слова любви в ответ скажу.

цвети черёмуха, цвети…
мне с милым далеко идти.
вдыхаю чудный запах твой.
а счастье навсегда со мной!

Он знал, что всё в его руках,
Не межевался на распутье.
Слуга, отвергнутый монах,
И вслед за ним пошли все люди.

Пошли за исповедью грешной,
Не сомневаясь, что страдалец.
Для дочки воеводы Ежи
Судьбою выбран самозванец.

Он выбран, словно для приманки,
Чтоб сделать первые шаги,
И потому в Самборском замке
Он просил её руки.

Легко столь умными речами
Себя Димитрием нарёк,
За ним шли бунтари с мечами,
Литовский князь ему помог.

Неустрашимый, одарённый
Он стал заложником оков,
Потому, как был влюблённый,
Сулил ей Новгород и Псков.

Её мечта — взобраться выше,
Один расчёт в её глазах,
Вся из себя: в испанских брыжах,
С диадемой в волосах.

Она пришла к нему, как сон,
Так неожиданно, незримо,
И Русь всё же подарит трон
Царице с именем Марина.

Подарит только на неделю,
А после свергнет через меч,
О святости своей радея,
Желая веру уберечь.

Бояре выдвинут условие,
Что впредь Марине надлежит
Вернуться в прежнее сословие
И жизнь свою лишь там прожить.

Но у Марины — норов жёсткий,
Дала понять, что не смириться:
«Кто был царицею московской,
Шляхтянкой быть не согласится».

И потому, представ пред ратью
И ни на миг не спасовав,
В Дмитрове в гусарском платье
Бунтарский выказала нрав.

Как за деревней у реки В очко играли мужики Охали да ахали Друг друга в жопу трахали

черепичная крыша, а под нею окно…
я девчонку обидел — это было давно.
из окна мне кричала, что любовь умерла…
головою качала её мать у крыльца.

а я думал, что просто можно счастье найти-
много будет девчонок у меня на пути.
что забуду, как горько ты рыдала тогда,
когда я торопливо уходил со двора.

много лет пробежало, а мне всё не везёт.
видно правду сказала мать тогда у ворот:
«что посеешь сегодня — тому завтра и быть.»
а могла, ведь, девчонка меня просто простить.

но не думал тогда я, что одна мне дана-
никакая другая мне теперь не нужна.

черепичная крыша, а под нею окно…
как нелепо всё вышло, будто в старом кино.