Наверно, души наши...

Наверно, души наши встретились во сне,
А может, всё за нас судьба решила,
Сегодня ты была со мной, рука в руке,
И мне о встрече что-то нашей говорила.

Я лишь кивал в ответ, не различая слов,
Стучало сердце в марафонском ритме,
На край вселенной за тобой бежать готов
И преклоняться как богине в Древнем Риме.

Я был под чарами неведомых духов,
Их аромат дарили шелковые плечи,
Я зарывался носом в локоны волос,
Черпая счастье драгоценное из встречи.

Казалось, мы теперь судьбою сплетены,
Такого света я ещё в глазах не видел,
В твоём открытом взгляде я читал мечты,
И в них любовь таинственную встретил…
2012

Таинственные сновидения

Ты мне снишься. Зачем? Я не знаю,
Суть посланий неведома мне,
Но когда я глаза закрываю — Жду свиданий с тобой на холме.

В этом мире мы счастливы оба,
В этом мире улыбка без слез,
Можем бегать, кружиться по полю
Или грезить среди облаков.

Или сесть на какой-то корабль,
(Его курс будет тайной для нас),
Для влюблённых, по сути, не важно
Куда плыть на больших парусах.

Знаю, чтобы судьба не сказала,
И как не был бы крут поворот,
Для меня любовь частию стала,
Я испил зелье на приворот.

Полеты души

Наверно мы способны на полёты:
Вот так взмахнуть расправленным крылом,
Лететь туда, где льются песней воды,
Где для души желанный, отчий дом.

Я верю в сон, в галактики другие,
Луна для нас — небесный проводник,
Сон бережёт секунды дорогие,
Когда душа полёт свой совершит.

Я был там вновь. О, Боже, как красиво,
Жизнь дарит свет, который бы угас,
Ещё теплей, когда я там с любимой,
И вижу свет её волшебных глаз.

И вот опять мы вместе, мы едины,
Внутри поёт натянутой струна.
Ладонь в руках, и запах апельсина
Вдыхаю, нежась, с радостию я.

Ну а потом объятья, поцелуи,
Горят от страсти пламенем уста,
Вот — вот в раю, а я здесь просыпаюсь,
И новый день жить должен без тебя.

Ох, эта боль, пропитанная чувством,
Желаньем грёз, убийственной тоской,
Когда ещё таким счастливым буду,
Как не во сне, среди цветущих роз.

То будет сад, наполненный цветеньем,
И уголок из алых лепестков,
Любовь сама толкнёт нас на сближенье,
Оставив утром музу для стихов.

От сытости писать стихи, нет сил

В свою работу — жизнь свою вложил
И хрустом денежным наполнились карманы,
Но вот от сытости писать стихи, нет сил,
В достатке для души совсем уж места мало.
Нет времени остановиться для мечты,
Глотнуть неспешности, отведать тишины,
Услышать музыку весны, за громом улиц
И свою душу вылить на стихи.
Чернилам букв доверить стоны сердца,
Чтоб ты, читая их, увидела как я
Бегу от света, чтобы вновь отречься
От тягот жизни в аскетизме мудреца.

Одиночество души

Безволие, безверие, бездушье
Вот, что сейчас царит в моей душе
Я одинок, чуждаюсь многолюдья
Мне ближе быть с собой наедине.

Грусть раньше не стояла за спиною
Тоска не зажимала в кандалы
Ночами спал в объятиях с любовью
Не чувствуя холодности и лжи.

Я радовался зимам, поздним вёснам
Любил послушать трели соловья
Искал пути к избраннице по звездам
И думал, что, наверно, счастлив я.

Судьба к тому же сделала подарок:
Она мне подарила рифмы слог
В свободный час я жаждал вдохновенья
И как вулкан рождал плеяды строк.

Они лились бурлящею рекою
Тонул, всплывал, скрывался под волной
В руках любви я продался душою
Но можно ли представить жизнь иной?

А где сейчас былая удаль? Радость
Что сердце наполняла теплотой?
И где любовь, с которой видел старость?
Земля воспринимается чужой.

Не вижу смысла в сущности без света
Я верю в многоликости души
Всего то нужно оступиться с брега
Чтоб возродиться вновь из глубины…

В поисках рая

Кружась в безоблачном просторе,
На перепутье двух миров,
Рвалась душа скорей на волю
Из джунглей каменных домов.
Путь пролегал через равнины,
По кронам девственных лесов,
Через оазисы пустыни
И вдоль скалистых берегов.
Она искала врата рая,
Мир покаянья и любви,
Свобода разума, сознанья,
Край первозданной красоты.
Душа молилась перед Богом:
«- Грешна, Всевышний, пред тобой,
Но по предписанным законам
Жила, неся свой крест с собой.
Да, были в жизни и ошибки,
Лукавый звал с ним на грехи,
Но никогда никто не смог бы
Отрезать веру от души».
Услышал Бог мольбы, стенанья
И света луч упал к вратам,
А ангел в белом одеянье
Сошел к душе по облакам.
«- Тебе даровано прощенье,
Ты можешь в Царствие войти,
Пусть здесь останется смятенье,
Чтобы любовь Там обрести».

Огонь бенгальский.

Твоя любовь — огнем бенгальским
Так ярко поискрила… И сгорела.
Она взорвалась шампанским,
Но Душу, Душу — не согрела.

Снежинками те искры падают
И тают на моих ладонях.
Воспоминанья грустью жалуют.
А ты уж мчишься вдаль на конях.

Мгновенье в прошлое ушло.
И радости нет в настоящем.
В воображении твоем — я зло.
Иль фактором являюсь злящим.

Моя любовь — внутри сгорает.
Все думал половинку я нашел.
Твои желанья — убивают…
Мечтаешь, чтоб другой к тебе зашел.

Согрел твою измученную Душу.
Цветы дарил и потакал во всем.
А я… Своим присутсвием все рушу.
Мечтаешь ты о РЫЦАРЕ своем.

Боишься время что уходит.
Как ЖЕНЩИНУ тебя я понимаю.
Мое общенье боле не заводит,
Не радует… Тебя я обнимаю…

Душа.

Маленький белый комочек
Мягкий, пушистый и добрый.
Незащищенный клубочек.
Праведно Богу подобный.
Качается на качелях,
Цветы вокруг и спокойствие.
Он не зациклен на целях.
Безветрие, рай, удовольствие…
в похабном строе ЖИВОТЫ
ищут еды и суеты,
набивши жвачкой рот, как скот
(тот кто с Душой средь них — урод)
остатки своей Божьей Длани
колют иглой, топят в стакане
кто на вершине пирамиды
сыплют на Души пестициды

p.s.
Маленький белый комочек.
Плачет слезой, между строчек.

Голос

Где ты, моя любовь? Где вечное затмение?
И пусть их шорох близко скрыт.
Займусь я позолотой нежной оперения.
Мне неба синего зима благоволит.
Початого сугроба тихий голос,
Тропу покажет, тянущую в даль.
Шепнёт на ушко мнимый колос,
И солнца ясного даст мне медаль.

Прошу тебя, о голос безмятежный,
Дай силы мне, дай вечности покой!
Дай мне прилив нагой, безбрежный,
И песню молодости заново пропой.
По воздуху ходить ты научи меня,
Ступать неслышно, алою тоской.
Пусть вертится быстрей Земля.
Ты свет на путь исправь мольбой.

Запретными, безвольными мощами,
Огня ты пепел мнимый не туши.
Предел поставь, упав перед ворами,
Окрикнувшими наготу твоей души.
Арест безмолвия нам обеспечен.
Он зрит, как маятник вселенских бурь.
Закроет своды.Страх тут вечен.
И нарисует голубизну волны, лазурь.